Неточные совпадения
— Вот он вас проведет в присутствие! — сказал Иван Антонович, кивнув головою, и один из священнодействующих, тут же находившихся, приносивший с таким усердием жертвы Фемиде, что оба рукава лопнули на локтях и давно лезла оттуда подкладка, за что и
получил в свое время коллежского регистратора, прислужился нашим приятелям, как некогда Виргилий прислужился Данту, [Древнеримский поэт Вергилий (70–19 гг. до н. э.) в поэме Данте Алигьери (1265–1321) «Божественная комедия» через Ад и Чистилище провожает автора до Рая.] и провел их в
комнату присутствия, где стояли одни только широкие кресла и в них перед столом, за зерцалом [Зерцало — трехгранная пирамида с указами Петра I, стоявшая на столе во всех присутственных местах.] и двумя толстыми книгами, сидел один, как солнце, председатель.
Ноздрев был занят важным делом; целые четыре дня уже не выходил он из
комнаты, не впускал никого и
получал обед в окошко, — словом, даже исхудал и позеленел.
Покой был известного рода, ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах, где за два рубля в сутки проезжающие
получают покойную
комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устраивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный, интересующийся знать о всех подробностях проезжающего.
«Какой отвратительный, фельетонный умишко», — подумал Самгин. Шагая по
комнате, он поскользнулся, наступив на квашеное яблоко, и вдруг обессилел, точно
получив удар тяжелым, но мягким по голове. Стоя среди
комнаты, брезгливо сморщив лицо, он смотрел из-под очков на раздавленное яблоко, испачканный ботинок, а память механически, безжалостно подсказывала ему различные афоризмы.
Вскоре явилась Любаша Сомова;
получив разрешение жить в Москве, она снова заняла
комнату во флигеле. Она немножко похудела и как будто выросла, ее голубые глаза смотрели на людей еще более доброжелательно; Татьяна Гогина сказала Варваре...
Мы отправились туда, к счастью недалеко, и, после хождения по разным
комнатам и отделениям, наконец
получили записку и отправились.
И пошел одиноко поэт по бульвару… А вернувшись в свою пустую
комнату, пишет 27 августа 1833 года жене: «Скажи Вяземскому, что умер тезка его, князь Петр Долгоруков,
получив какое-то наследство и не успев промотать его в Английском клубе, о чем здешнее общество весьма жалеет. В клубе не был, чуть ли я не исключен, ибо позабыл возобновить свой билет, надобно будет заплатить штраф триста рублей, а я бы весь Английский клуб готов продать за двести рублей».
— Осел! подлец! убил! зарезал! Вот же тебе! — муж
получил пощечину. — Вот же тебе! — другая пощечина. — Вот как тебя надобно учить, дурака! — Она схватила его за волоса и начала таскать. Урок продолжался немало времени, потому что Сторешников, после длинных пауз и назиданий матери, вбежавший в
комнату, застал Марью Алексевну еще в полном жару преподавания.
— Иду. — Лопухов отправился в
комнату Кирсанова, и на дороге успел думать: «а ведь как верно, что Я всегда на первом плане — и начал с себя и кончил собою. И с чего начал: «жертва» — какое плутовство; будто я от ученой известности отказываюсь, и от кафедры — какой вздор! Не все ли равно, буду так же работать, и так же
получу кафедру, и так же послужу медицине. Приятно человеку, как теоретику, замечать, как играет эгоизм его мыслями на практике».
Получив последний вопрос, я сидел один в небольшой
комнате, где мы писали. Вдруг отворилась дверь, и взошел Голицын jun. с печальным и озабоченным видом.
У Вахрушки была своя
комната рядом с передней, первого числа он
получал аккуратно десять рублей жалованья, — одним словом, благополучие полное.
Стали мы себя сокращать, из Гранд-Отеля к «Мадлене» в chambres meublйes [меблированные
комнаты (фр.).] перебрались; вместо Cafй Anglais начали к Дюрану ходить; тоже недурной ресторан, и тем выгоден, что там за пять франков можно целый обед
получить.
Расставшись с нею после долгих объятий и слез, Горизонт зашел в
комнату хозяйки и
получил плату — пятьдесят рублей (хотя он запрашивал двести).
Эти денежные разговоры происходили во второй
комнате, где Некрасов имел обыкновение в один из ящиков подзеркальника класть сторублевки, привезенные ночью из клуба. От таких уединенных бесед я воздерживался с самого приезда, тем более что
получил сразу порядочную сумму за вторую половину"Солидных добродетелей".
Просто, реально и тепло автор рассказывал, как Фомка из Сандомира пробивал себе трудную дорогу в жизни, как он нанялся в услужение к учителю в монастырской школе, как потом
получил позволение учиться с другими учениками, продолжая чистить сапоги и убирать
комнату учителя, как сначала над ним смеялись гордые паничи и как он шаг за шагом обгонял их и первым кончил школу.
Увидав хозяйку, стоявшую опять у своих дверей, он скорыми цыпочками побежал к ней через коридор; прошушукав с нею минуты две и, конечно,
получив сведения, он уже осанисто и решительно воротился в
комнату, взял со стола свой цилиндр, мельком взглянулся в зеркало, взъерошил волосы и с самоуверенным достоинством, даже не поглядев на меня, отправился к соседкам.
Несмотря, однако же, на все предосторожности, я как-то простудился,
получил насморк и кашель и, к великому моему горю, должен был оставаться заключенным в
комнатах, которые казались мне самою скучною тюрьмою, о какой я только читывал в своих книжках; а как я очень волновался рассказами Евсеича, то ему запретили доносить мне о разных новостях, которые весна беспрестанно приносила с собой; к тому же мать почти не отходила от меня.
Ефрем с Федором сейчас ее собрали и поставили, а Параша повесила очень красивый, не знаю, из какой материи, кажется, кисейный занавес; знаю только, что на нем были такие прекрасные букеты цветов, что я много лет спустя находил большое удовольствие их рассматривать; на окошки повесили такие же гардины — и
комната вдруг
получила совсем другой вид, так что у меня на сердце стало веселее.
Приближался конец мая, и нас с сестрицей перевели из детской в так называемую столовую, где, впрочем, мы никогда не обедали; с нами спала Параша, а в
комнате, которая отделяла нас от столярной, спал Евсеич: он
получил приказание не отходить от меня.
Вся эта путаница ощущений до того измучила бедную женщину, что она, не сказав более ни слова мужу, ушла к себе в
комнату и там легла в постель. Егор Егорыч, в свою очередь, тоже был рад уходу жены, потому что
получил возможность запечатать письмо и отправить на почту.
Получив это донесение, Тулузов, несмотря на привычку не выражать своих чувств и мыслей, не выдержал и вошел в
комнату Екатерины Петровны с сияющим от радости лицом.
Егор Егорович прибыл в Грузино в отсутствие графа и, вследствие данной его сиятельством в вотчинную контору письменной из Петербурга инструкции, явился к грузинскому аптекарю,
получил отведенную ему в помещении аптеки
комнату и приступил к исполнению своих обязанностей.
Катря была переведена в сарайную, а Сидор Карпыч опять поселился в своей
комнате рядом с Нюрочкой. Тишка приходил несколько раз в кабинет к Петру Елисеичу и
получал головомойку: Петр Елисеич усовещивал его, кричал и даже топал ногами.
— Одна. Отец давно умер, мать — в прошлом году. Очень нам трудно было с матерью жить — всего она пенсии десять рублей в месяц
получала. Тут и на нее и на меня; приходилось хоть милостыню просить. Я, сравнительно, теперь лучше живу. Меня счастливицей называют. Случай как-то помог, работу нашла. Могу
комнату отдельную иметь, обед; хоть голодом не сижу. А вы?
Он бросился быстро к дверям провожать их; на лестнице
получил приглашение бывать, придти на следующей неделе обедать, и с веселым видом возвратился к себе в
комнату.
Между прочими разъяснениями, он передал ему, что если он желает довольствоваться на собственный счет, то может это сделать и даже
получить более комфортабельно меблированную
комнату, так называемую «pistole», с платою по десяти сантимов в день, то есть три франка в месяц.
«И когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже
получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в
комнату твою и, затворив дверь твою, помолись отцу твоему, который втайне, и отец твой, видящий тайное, воздаст тебе».
После некоторых колебаний Свитке удалось наконец
получить согласие Константина на переезд в его квартиру. Они немедленно же отправились к старой хозяйке Хвалынцева, у которой он нанимал себе
комнату, для того чтобы, не теряя лишнего времени, сейчас же рассчитаться с ней и заняться переездом на новое помещение.
Новое жилище было для него очень удобно, оно помещалось в нижнем этаже, состояло из трех меблированных
комнат и имело отдельный вход, хотя и находилось в связи с квартирой хозяйки, от которой Савин
получал и стол.
— Овса мало
получаю, — ответил майор, но слыша, что Подозеров один выходит в залу из
комнаты жены, нетерпеливо дернул носом и заплакал.
— Она отказалась войти, и я слышал, как Гез говорил в коридоре,
получая такие же тихие ответы. Не знаю, сколько прошло времени. Я был разозлен тем, что напрасно засел в шкаф, но выйти не мог, пока не будет никого в коридоре и
комнате. Даже если бы Гез запер помещение на ключ, наружная лестница, которая находится под самым окном, оставалась в моем распоряжении. Это меня несколько успокоило.
Вообще это было замечательное лето в жизни Персикова, и порою он с тихим и довольным хихиканьем потирал руки, вспоминая, как он жался с Марьей Степановной в двух
комнатах. Теперь профессор все пять
получил обратно, расширился, расположил две с половиной тысячи книг, чучела, диаграммы, препараты, зажег на столе зеленую лампу в кабинете.
— Много что-то для нашей стороны, — вздохнула барыня. — В мое время такой платы не знали… А здесь, если хочешь
получить тридцать, то поди вот к нему. Он тебе даст тридцать рублей, отдельную
комнату и сколько хочешь свободного времени… днем…
В Зиновьеве ужинали рано. Княгиня почти ничего не ела. Ожидаемая после ужина беседа с Никитой, по мере приближения ее момента, все сильнее и сильнее ее волновала. Наконец, ужин кончился. Княжна Людмила, поцеловав у матери руку и
получив ее благословение на сон грядущий, удалилась в свою
комнату. Княгиня направилась в кабинет, в соседней
комнате с которым помещалась ее спальня.
Получив взаимные благословения, супруги напутствовали друг друга и взаимным поцелуем, причем отец протопоп целовал свою низенькую жену в лоб, а она его в сердце; затем они расставались: протопоп уходил в свою гостиную и вскоре ложился. Точно так же пришел он в свою
комнату и сегодня, но не лег в постель, а долго ходил по
комнате, наконец притворил и тихо запер на крючок дверь в женину спальню.
Встревоженная ее молчанием, Афимьюшка заглядывала в
комнату, поправляла в кресле подушки, которыми она была обложена, пробовала заговорить об чем-нибудь, но
получала только односложные и нетерпеливые ответы.
Получил я назад дар слова не скоро, и это случилось таким образом: увидел я себя в полумрке незнакомой
комнаты, начал припоминать: «где я, и что это такое?»
Нашлась, однако, одна добрая душа, вдова Аксинья Степановна, по второму мужу Нагаткина, которая заступилась за Софью Николавну; но на нее так прогневались, что выгнали вон из
комнаты и окончательно исключили из семейного совета, и тут же
получила она вдобавок к прежнему прозвищу «простоты сердечной» новое оскорбительное прозвище, которое и сохранилось при ней до глубокой старости; но добрая душа осталась, однако, навсегда благорасположенною к невестке и гонимою за то в семье.
Леонида Михайловича Свирского она заставила расстаться с женой. Тот уверил свою толстую, неповоротливую супругу, что
получил командировку от одной из редакций в Варшаву и уехал из меблированных
комнат, отметившись в этот город.
Он зажег лампу, стоящую в углу на высокой металлической подставке с матовым тюльпаном, опустил занавеси на окнах и при этом мягком освещении
комната получила еще более уютный, приветливый вид.
— Да-с, не лестно-с и не расчет-с! — начал он вновь, закидывая руки под голову, — я в Петербурге от ста до тысячи рублей в день
получаю — сколько это в год-то составит? — да-с! А вы тут с своею Проплеванною в глаза лезете!.. Я за квартиру в год пять тысяч плачу! У меня мебель во всех
комнатах золоченая — да-с!
Но видно умножающееся семейство заставило отца повернуть этот флигель в жилое помещение. С этою целью навезли лесу и досок, и флигель при помощи дощатых перегородок вокруг центральной печки
получил четыре
комнаты, т. е. переднюю, приемную и две спальни, из которых в одной помещался отец, а другая предназначена была мне и учителю спальнею и в то же время классною.
Накануне условленного между нами отъезда Мишеля (он должен был тайно вернуться с дороги и увезти меня) я
получила от него чрез его доверенного камердинера записку, в которой он назначил мне свидание в половине десятого часа ночи, в летней биллиардной, большой низкой
комнате, пристроенной к главному дому со стороны сада.
Сестра лежала в одной
комнате, Редька, который опять был болен и уже выздоравливал, — в другой. Как раз в то время, когда я
получил это письмо, сестра тихо прошла к маляру, села возле и стала читать. Она каждый день читала ему Островского или Гоголя, и он слушал, глядя в одну точку, не смеясь, покачивая головой, и изредка бормотал про себя...
Вдова его
получала удобную квартиру и полное содержание, а маленькая Аня со второго же года была совсем взята в барский дом, и не только жила с княгинею, но даже и спала с нею в одной
комнате.
— Нужно быть глупее доски, чтобы входить ночью в
комнату женщины с желанием
получить одну зажигательную спичку.
— Полноте хитрить! — громче отрезал Теркин и заходил по
комнате. — Я вас выслушал. Теперь мой черед. В ваши родственные расчеты я входить не обязан, но коли захочу — могу оказать давление на вашего брата и помочь вам
получить с него если не все, то хоть часть долга… И я ставлю первым условием: этого шустрого таксатора сейчас же устранить. Он — плут, и моему лесоводу, и мне лично делает посулы и готов сейчас же вас всех продать.
Когда извозчик внес вещи,
получил за езду, условился завтра наведаться, не нужна ли будет лошадь, и ушел вместе со старшим половым, Теркин осмотрел
комнату и задумался.
Воротясь домой, я послал Евсеича попросить позволения у Григорья Иваныча прийти к нему в
комнату, и,
получив согласие, я рассказал с большой радостью о случившемся со мною.
От директора пришло позволение прежде, и когда мать была уже у меня в
комнате,
получили приказание от Камашева: «дожидаться его приезда».